spot_img
spot_imgspot_imgspot_imgspot_img

«Кубиныц» из Сычей. Как уроженец полесской деревни побывал на Острове Свободы

Дата:

Жизнь – штука непредсказуемая и не раз доказывающая, что каждому человеку выпадают дни и события, которые навсегда останутся в памяти и не раз отзовутся добром и благодарностью судьбе за ее щедроты. Вот и за плечами уроженца маленькой полесской деревушки Сычи Н.В.Мисиевича остается интересная и содержательная жизнь, которая, однако, была не лишена незабываемых приключений и ярких моментов. В молодые годы этому простому сельскому парню, гармонисту-самоучке, выпало исполнять свой воинский долг на Кубе, где он выучил иностранный язык и стал посредником в общении между советскими солдатами и местным населением. По возвращении домой за ним прочно закрепилось деревенское прозвище «кубиныц», но это не помешало ему воспитать династию певцов и музыкантов, знающих и любящих местный фольклор и воспевающих красоту родного края. Об этом и многом другом Николай Васильевич с присущим ему жизнелюбием и юмором рассказывал в нашей с ним беседе.

Уроженец полесской деревни Н. В. Мисиевич, который в свое время был переводчиком на Кубе
Уроженец полесской деревни Н. В. Мисиевич, который в свое время был переводчиком на Кубе

Появился на свет мой собеседник в тяжелое военное время – в 1941 году в деревне Сычи, когда вокруг царила атмосфера разрухи и смерти. И жизнь диктовала свои правила выживания большой многодетной семье, в которой воспитывалось семь детей. Отец подрабатывал по своей довоенной профессии – портным, а мама следила за детьми и домашним хозяйством.

Бывало, что в дом к сельскому портному заглядывали партизаны, которым требовались услуги мастера.

– Я тогда был совсем маленький, но один момент сильно врезался в память. В комнате стояла длинная лавка, на которой обычно рассаживались партизаны, а оружие свое они всегда ставили в определенный угол. Среди этих стреляющих «игрушек» меня больше всего привлекал пистолет-пулемет Шпагина. Я тогда еще не знал, как он называется, но мне нравился большой диск на нем. И я все норовил его потрогать, на что партизаны махали пальцами, хохотали и говорили: «Не трогай!» – весело рассказывает Николай Васильевич.

Во время войны большая беда обошла стороной семью Н.В. Мисиевича. Лишь сарай с живностью оккупанты спалили, но в сравнении с потерями односельчан это можно было считать мелочью. Потом началось нелегкое время восстановления всего, что было разрушено. У мальчика же наступил новый этап в жизни – он пошел в школу.

Первое время посещал классы, которые размещались в родной деревне в обычных крестьянских домах. В старших классах пошел в школу, которая располагалась в соседней деревне. По словам Николая

Васильевича, ему нравилось учиться и узнавать что-то новое, однако после окончания 7-ми классов он решил идти работать, так как надо было помогать большой семье.

– Устроился в своем колхозе, где у меня с тринадцати лет заведена трудовая книжка. Первое время был разнорабочим, потом стал помощником тракториста и на этом месте работал до призыва в армию, – рассказывает о своем раннем взрослении Н.В. Мисиевич.

Так получилось, что призыв парня отложили на год. За это время он успел жениться на знакомой ему с детства соседской девушке Софии, и через некоторое время у них родилась прекрасная дочка. А вслед за этим пришла повестка о призыве в армию, но тогда никто не догадывался, что это расставание продлится более пяти лет: на службу Николай Мисиевич уйдет в 1961, а уволится в запас и вернется домой лишь в 1966 году, когда дочка уже значительно подрастет.

– Меня направили в Николаевскую область, в город Первомайск. Рядом с ним протекает река, и я все шутил, что «с одного Буга меня отправили на другой». Там я служил в части, которая занималась беспилотными ракетами, но был я в ней обычным шофером, – вспоминал мой собеседник.

Молодому парню вверили водовозку, на которой он колесил почти год. А потом им сказали, что дальнейшая служба будет проходить за границей, но где именно – никто из рядовых не знал. Чуть позже доложили, что они едут на Кубу. Впереди солдат ждала длинная и увлекательная дорога: сначала – поездом до корабля, а потом две недели на сухогрузе «Николай Бурденко».

– Страха неизведанной земли не испытывал. Наоборот, было интересно, куда же мы попадем и что я там увижу. Но дорога оказалась сложнее, чем мы могли себе представить. Первое время на корабле, пока не вышли в Черное море, мы веселились и устраивали концерты. Но потом началась сильная качка и тогда не то, что петь – кушать не хотелось. Спасались селедкой, сухарями и вишневым компотом, которые хотя бы на чуть-чуть, но снижали тошноту. Мне-то было терпимо, а некоторые солдаты вообще ослабли. Один узбек, когда увидел, что корабль проходит мимо островов, стал слезно умолять капитана высадить его хотя бы на несколько минут, – рассказывает Николай Васильевич.

Корабль перевозил не только людей, но и опасный груз: ракеты, бомбы и топливо. Поэтому лишний раз солдатам «высовываться» на палубу было запрещено, а для защиты на ней стоял пулемет. Он, к счастью, не пригодился, но, по словам моего собеседника, над их сухогрузом несколько раз пролетали американские самолеты.

Путешествие завершилось, когда судно пришвартовалось к берегам Кубы. Несколько дней солдаты разгружали содержимое корабля, среди которого был и транспорт Николая Васильевича – водовоз. Наш земляк был одним из первых, кто, вместе с колесами своего водовоза,  ступил на чужую землю, потому что людей надо было кормить, а для этого требовалась вода, которой в порту не было.

– Добыть пресную воду можно было в соседнем городе – Мариэле. Поэтому мне вручили словарь и отправили заполнять бак. Первое время тыкал в книжку и показывал кубинцам нужное слово, объяснялся жестами, но поскольку языки мне давались легко, быстро стал запоминать. Иногда сидел и выписывал выражения, читал словарик и, конечно же, общался с местными жителями. Благо, вода требовалась всегда, и я несколько раз в день ездил за ней и имел возможность контактировать с кубинцами, – продолжает свое повествование Н.В. Мисиевич.

Под палящим кубинским солнцем, среди пальм, со своими друзьями сидит Николай Васильевич (третий слева)
Под палящим кубинским солнцем, среди пальм, со своими друзьями сидит Николай Васильевич (третий слева)

К жизни в незнакомой стране солдаты привыкли быстро. Люди встретили их хорошо и единственное, чем отличались от славян – это чуть более темной кожей. А местные девушки, по словам Николая Васильевича, общались с ним на равных, но открыто говорили, что он – не красавец. Уже тогда считалось, что самые красивые мужчины – испанцы и кубинцы.

Быт местных жителей тоже не сильно разнился с известным сельскому парню укладом. Но, как вспоминает Н.В.Мисиевич, его удивило море, окультуренные пастбища и то, что из мясных продуктов в питании преобладала говядина и курятина.

– В то время Куба была не самой богатой страной, поэтому и жили люди просто. Основная еда у них – это рис и бифштекс. Они употребляли много фруктов, потому что могли себе это позволить – бананы и апельсины у них растут на улицах. Мы же, славянские парни, с непривычки объелись ими, и на следующий день многих положили в госпиталь, – вспоминает Николай Васильевич.

Так пролетело время срочной службы. Но начальство, заметив, что парень владеет способностями к языку, предложило ему заключить контракт и продлить службу, и Н.В. Мисиевич согласился. Тогда солдата отправили на специальные курсы, где он подтянул грамматику и речь, после чего стал переводчиком.

– Всю переправленную на Остров Свободы технику Советский Союз передавал Кубе, а вместе с ней – и инструкции по ее использованию. Поэтому надо было показывать и рассказывать местным солдатам, как ей пользоваться. А приехавшие из нашей страны студенты лингвистического университета почти не могли общаться с кубинцами и объясняться техническими терминами, потому что изучали по большей части лишь книжный испанский говор, – рассказывает мой собеседник.

Позже способного солдата-контрактника Мисиевича перевели в Сантьяго, где доверили ему более ответственные дела. Так, однажды он сопровождал делегацию высокопоставленных лиц, которые проверяли состояние воинских частей по всей Кубе. Вместе с ними он проехал всю страну и познакомился с ее достопримечательностями. Больше всего сельского парня удивил водопад и старые индейские юрты, рядом с которыми ему удалось побывать.

Но время шло, и настала пора возвращаться домой. Николаю Васильевичу предлагали еще раз продлить контракт, но родственники стали переживать, что он может остаться там на всю жизнь, и попросили приехать.

– За все время моей службы, которая вылилась в работу переводчиком, я провел на Кубе пять лет. Конечно, я полюбил эту страну и хотел бы продолжить там работать. И главное, я знал язык, который мне очень нравился. Почти не делал ошибок, но происходили забавные моменты. Мой напарник, например, не любил переводить тексты и делал это некачественно. Так вот, однажды он в каком-то сообщении перепутал «puerta» и «porcina» – первое слово значит «дверь», а второе – «свинья». Вот хохоту было, – с улыбкой вспоминает Николай Васильевич.

Вернувшись на малую родину – в Сычи, в первую очередь молодой парень достроил дом и купил «Москвич». Устроился и стал работать заведующим в клубе. Выполнял и обязанности музыканта, потому что с детства умел мастерски играть на баяне.

– Я и баян – мы всегда были неразлучны. В раннем возрасте играть на нем меня научил старший брат, и я, сидя на лавке и едва доставая ногами до пола, выступал на местных дискотеках. До армии меня часто приглашали на свадьбы и на другие праздники в качестве гармониста, а на службе я также состоял в самодеятельности. Вот и работу такую выбрал, чтобы по душе была, – размышляет Н.В. Мисиевич.

Хотя со временем работу в клубе пришлось оставить. Семье нужны были деньги, и мужчина устроился в колхоз. В те времена зарплата там была хорошая, да и работы Николай Васильевич не боялся, потому что с детства был с ней знаком. Но, несмотря на это, своего увлечения сельчанин не бросил, и любовь к песне и музыке он сполна передал своим дочерям, а потом – и внукам.

Сейчас у Николая Васильевича, которого в его родной деревне все называют «кубиныц», четыре внука и два правнука. Многие горожане знают его дочь – руководителя известного песенного ансамбля «Заряночка» Елену Николаевну Стельмашук, внучек и внука – солистов городского Дома культуры Эльвиру Стельмашук, Аллу Каленик и Сергея Бича. Все они известны своей любовью к музыке и являются одаренными артистами. Но не в меньшей мере гордится мой собеседник и своими остальными наследниками, которые живут в Дрогичине и за его пределами.

– Сейчас у меня появилась возможность больше времени проводить с ними, потому что переехал на жительство в райцентр, к дочери. На селе хорошо жить, когда есть силы работать, а если их нет – там делать нечего. Вот и меня здоровье подводит, но я не унываю. Гуляю по городу, люблю решать судоку и сканворды, читать газеты, – говорит Николай Васильевич.

Да, мой собеседник иногда скучает по временам своей молодости и службы на Кубе, но, глядя на свой род, свое продолжение, на их успехи и достижения, он говорит, что ни за что не променял бы свою землю на ту далекую страну постоянного солнца, изобилия фруктов и говорливых кубинцев.

Марина ШАФРАН
Фото автора и из личного архива героя

Поделиться новостью:

Популярно

Архив новостей

Похожие новости
Рекомендуем

Активисты и общественники Дрогичинщины в рамках республиканского субботника приняли участие в акции «Время помнить»

В данной акции участие приняли Дрогичинская районная организация БРСМ,...

Магазины, рынки, такси, услуги на дому: когда покупателям должны выдавать чек

В соответствии с Налоговым кодексом Республики Беларусь, при реализации...

Вспашка и культивация. Как оказывать услуги, не нарушая законодательство

С наступлением весны растет популярность таких видов деятельности, как...

Дроботы и Сороцни: ищем решение проблем

Середина апреля – на календаре 15‑е число, понедельник. Весна...