Важнейшие события Великой Отечественной войны неоднократно анализировались историками и исследователями с различных точек зрения. Специалисты Центрального архива ФСБ России предприняли попытку взглянуть на них сквозь призму документов органов государственной безопасности.
В этот раз речь пойдет о ключевых операциях Великой Отечественной и Второй мировой войны – битве под Москвой и сражении на Курской дуге.
Последние публикации по данной проблематике содержат документы, находившиеся вплоть до наших дней на секретном хранении. Они были недоступны не только читателям, интересующимся историей Отечества, но и специалистам-исследователям.
Рассекреченные документальные материалы рассказывают о многообразной деятельности органов госбезопасности в суровые годы войны, повествуют о непосредственном участии войск НКВД в боевых операциях против вермахта, о специальных чекистских мероприятиях, о зафронтовой разведывательно-диверсионной и контрразведывательной работе, которую вели спецгруппы 2-го отдела (затем 4-го Управления НКВД) и военная контрразведка; об охране тыла действующей армии и обеспечении безопасности промышленных предприятий, учреждений и других важных объектов, о сборе и анализе информации о противнике – от оценки военного потенциала до сведений о боевом духе и политических настроениях в его войсках.
Документы свидетельствуют: с самого начала военных действий в центральный аппарат на Лубянке стекалась достоверная информация о действительном положении на фронте и во всей стране. Так, одним из направлений работы органов государственной безопасности был сбор информации о настроениях в обществе.
В то время, когда немецко-фашистские армии продвигались к Москве, Ленинграду и Волге, в ряде оккупированных городов страны начали подпольную деятельность разведывательно-диверсионные резидентуры НКВД. В августе 1941 года в Киеве до прихода немцев была сформирована резидентура «Максима» под руководством И.Д.Кудри, легализовавшегося в городе под именем учителя Кондратюка. Группа осуществляла разведку, выявляла пособников фашистов, распространяла листовки с текстами передач Московского радио. 24 сентября 1941 года, буквально через четыре дня после прихода немцев в город, группа «Максима» в комендантский час взорвала склад магазина «Детский мир», куда население по приказу оккупантов сдавало радиоприемники. В результате детонации на воздух взлетела военная комендатура, располагавшаяся в соседнем здании, где погибло немало гитлеровских офицеров. Вслед за комендатурой был взорван кинотеатр, в котором немецкие солдаты смотрели хронику о покорении Франции.
Опасения оккупантов при подходе к Москве не были напрасны. В директиве германского главного командования сухопутных сил от 12 октября группе армий «Центр» содержалось предостережение, что в случае захвата Москвы, так же как и в Киеве, «могут возникнуть чрезвычайные опасности от мин замедленного действия».
Противник понимал, что русские просто так не отдадут Москву, которая с 27 июня «в целях обеспечения общественного порядка и государственной безопасности» находилась на военном положении. В связи с максимальным приближением линии фронта к столице постановлением Государственного Комитета Обороны (далее – ГКО) «Об охране Московской зоны» от 12 октября 1941 года НКВД СССР предписывалось наведение «жесткого порядка» на тыловых участках фронта, прилегающих к территории Москвы с запада и юга по линии Калинин — Ржев — Можайск — Тула —Коломна — Кашира, которые разбивались на семь секторов. Начальником охраны Московской зоны назначался заместитель наркома внутренних дел СССР, комиссар госбезопасности 3-го ранга И.А.Серов. Руководство деятельностью Наркомата, штаба охраны Московской зоны, а также специальными мероприятиями в городе осуществлялось аппаратом наркома внутренних дел из здания на Лубянке и из запасного командного пункта в Останкино.
19 октября ГКО объявил Москву и прилегающие к ней районы на осадном положении. Бойцы и командиры Красной Армии, ополченцы героически сражались на подступах к столице, а в самой Москве велись приготовления на случай вторжения в город. Эти специальные мероприятия были поручены НКВД СССР, который по распоряжениям руководства страны заблаговременно осуществлял меры по эвакуации части правительственных учреждений, важных объектов, материальных и иных ценностей, контролировал соблюдение режима маскировки различных зданий и сооружений, в том числе маскировку с воздуха Кремля и центра города.
В обязанности чекистов входила охрана высших руководителей партии, правительства и военного командования, а также важнейших политических мероприятий, проводившихся в городе (встречи иностранных делегаций, парад 7 ноября 1941 года, безопасность работы штабов, центров управления и др.).
На случай вторжения гитлеровских войск активно создавались группы сопротивления и подполья для ведения боевой, разведывательной и диверсионной работы, минировались различные объекты, запасалось оружие, взрывчатые и горючие вещества. Эти приготовления были необходимы, так как с передовыми частями 4-й немецкой танковой армии по маршруту Рославль – Юхнов – Медынь — Малоярославец двигались к столице подразделения особой команды «Москва» во главе с начальником VII управления РСХА, штандартенфюрером СС Зиксом. Задача эсэсовцев – ворваться с передовыми частями в Москву и захватить важнейшие объекты. Противостоять этому специальному подразделению врага должны были бойцы Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН) НКВД СССР, в особый период располагавшиеся в Доме Союзов и в Гумме на Красной площади. Подразделения бригады предназначались для защиты центра Москвы и Кремля на линии от Охотного ряда до Белорусского вокзала. Одна из моторизованных частей ОМСБОН участвовала в ликвидации прорвавшихся к мосту через Москва-реку близ Шереметьево немецких мотоциклистов и бронетранспортеров.
Планировалось использование нелегалов-боевиков нескольких подпольных групп, оставляемых в Москве.
Широкой общественности и исследователям очень мало известно о деятельности службы охраны (1-й отдел НКГБ-НКВД СССР в годы Великой Отечественной войны). Впервые опубликованы архивные материалы, которые свидетельствуют об исключительно важной работе этого подразделения НКГБ-НКВД, обеспечивавшего охрану первых лиц страны в очень сложное для государства время. К чести службы охраны и Комендатуры Кремля нужно сказать, что они сумели перестроить свою деятельность в резко изменившейся обстановке и не только надежно выполнить все задачи, которые входили в круг их прямых обязанностей, но и успешно решить другие проблемы.
Уже 26 июня 1941 года, когда стали реальными воздушные бомбардировки города, комендант Московского Кремля Н.К.Спиридонов направляет в Совнарком соображения и схемы по маскировке Кремля и Мавзолея В.И.Ленина. Понятно, что эти объекты были весьма важными для бомбометания люфтваффе, а для чекистов – предметом особой охраны. Чтобы замаскировать Кремль, по расположению привязанный к характерным для летчиков ориентирам: Москва-реке, храму Василия Блаженного очень важно было грамотно и с большой степенью выдумки навести противника на ложный след. Конечно, усиленная противовоздушная оборона с зенитными орудиями, аэростатами и самолетами надежно охраняла столицу всю войну, но все-таки отдельные воздушные налеты в 1941 году нанесли ущерб Кремлю и центру города.
Для работ по маскировке Кремля и прилегающих к нему территорий был привлечен аппарат многих наркоматов, московские строительные организации, архитекторы, инженеры и специалисты-декораторы. Результаты маскировочных мероприятий проверялись сотрудниками охраны во время контрольных полетов над Москвой.
В ходе изучения вопроса о защите Мавзолея от воздушных бомбардировок специальная комиссия высказала предложение об эвакуации тела В.И.Ленина в более безопасное место. Эта идея была всецело поддержана профессором Б.И.Збарским и его коллегами. В начале войны такие меры, по понятным соображениям, являлись большой государственной тайной. В соответствии с секретным приказом НКГБ СССР 3 июля 1941 года тело В.И.Ленина в специальном вагоне спецпоездом было отправлено в Тюмень. Охрану поезда осуществляли сотрудники 1-го отдела НКГБ и Комендатуры Московского Кремля. Еще до конца лета 1941 года из Кремля были отправлены в глубокий тыл музейные ценности и архивы, а в середине октября организована эвакуация со Старой площади аппарата ЦК ВКП(б).
На случай выезда членов правительства СССР из осажденного города руководителями службы охраны был подготовлен план обеспечения охраны в трех вариантах (по железной дороге, на автомашинах и по воздуху), причем предусматривалось в качестве пассажиров на самолете разместить первых лиц государства в количестве 16 человек. По воспоминаниям сотрудников охраны, вечером 18 октября на Каланчевке в полной готовности стоял особый поезд, предназначенный для перевозки охраняемых лиц. Когда прибыл И.В.Сталин, уже были проведены все подготовительные мероприятия. Но Сталин неожиданно для окружающих отказался от поездки и с вокзала на машине вернулся на дачу.
Для службы охраны и контрразведки НКВД СССР очень важным и ответственным мероприятием являлась охрана иностранных делегаций по пути следования в Москву и во время переговоров. В сентябре 1941 года в Москве на совещании трех держав находились делегации: английская (во главе с А.Бивербруком) и американская (во главе с А.Гарриманом), а в декабре того же года английская делегация во главе с министром иностранных дел А.Иденом. Визиты иностранных представителей прошли без всяких происшествий, несмотря на то, что линия фронта находилась не так далеко.
Большая ответственность легла на плечи сотрудников НКВД и Наркомата обороны по оперативному и организационному обеспечению безопасности парада на Красной площади 7 ноября 1941 г. Контрразведка позаботилась, чтобы среди участников парада не было тех, кто мог каким-либо образом спровоцировать нежелательные инциденты, а в задачу службы охраны входило обеспечение режима на Красной площади, безопасности руководителей государства и гостей, приглашенных на трибуну. В ночь с 6 на 7 ноября чекисты судоплатовского отдела, представители службы охраны вместе с техническим персоналом провели осмотр помещений Мавзолея и установленной деревянной гостевой трибуны. Как свидетельствуют документы, воспоминания участников парада, в ходе его проведения имели место некоторые сбои и неувязки, вызванные объективными сложностями организации и тяжелыми метеорологическими условиями. Снегопад и сильный ветер в тот день мешали не только возможным атакам противника с воздуха, но и церемонии прохода войск и военной техники.
Кроме материалов о специальных мероприятиях в Москве, вызванных угрозой захвата столицы немецко-фашистскими войсками, в сборнике публикуются документы, раскрывающие широкую панораму событий в прифронтовой полосе, в оккупированных районах Подмосковья и за линией фронта, т.е. на ближайших подступах к Москве. Лубянка планировала и осуществляла необходимые действия, чтобы внести свой вклад в общую задачу обороны города.
В 1941-1942 годах одновременно осуществлялись необходимые мероприятия по созданию разведывательно-диверсионных резидентур для работы в тылу германских войск при их отступлении, а также для осуществления контрразведывательных операций. С заданиями в тыл противника были направлены 142 участника резидентур Московской области и 11 квалифицированных агентов-разведчиков, имевших возможности для внедрения в административные органы оккупантов.
В результате боевой деятельности партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных групп Управления НКВД по Московской области на территории Московской области было уничтожено 3 военных штаба противника, до 7 тысяч немецких солдат и офицеров, 4 самолета, 193 танка и бронемашины,83 орудия разных калибров, 411 автомашин, 29 паровозов, 366 вагонов и 31 цистерна с горючим, 8 складов с боеприпасами и горючими веществами; взрывались мосты, минировались дороги и вырезались кабели средств связи.
Военные контрразведчики осуществляли оперативно-служебную деятельность в частях и соединениях Красной Армии, которые в составе фронтов сдерживали наступление противника в направлении Москвы. Сложная оперативная обстановка в условиях военных действий, когда враг стоял на пороге столицы, во многом определяла стремление армейских чекистов иметь как можно больше информации о политико-моральном и боевом состоянии войск, о настроениях населения прифронтовых и оккупированных районов. Они же осуществляли разведку в ближайшем от линии фронта тылу противника, принимали меры по ограждению штабов и других армейских учреждений на фронте от проникновения агентуры противника. По всем указанным вопросам «особисты» информировали руководство НКВД и военное командование, а по результатам этой работы принимались меры по устранению выявленных недостатков.
Не менее важной представляется роль органов государственной безопасности СССР в решающем сражении Великой Отечественной войны – битве на Курской дуге. Наряду с уже известными материалами известных впервые представлены материалы, связанные с дной из самых загадочных и боеспособных советских спецслужб военного времени – Главного управления контрразведки «Смерш» (ГУКР «Смерш») НКО СССР. (В соответствии с постановлением СНК СССР от 19 апреля 1943 г. № 415-138сс Управление особых отделов (УОО) НКВД было передано в НКО и реорганизовано в ГУКР НКО «Смерш». 9-й (морской) отдел УОО НКВД был передан в НКВМФ и преобразован в Управление контрразведки (УКР) НКВМФ «Смерш». 6-й отдел УОО НКВД, оставаясь в системе Наркомата внутренних дел, был преобразован в Отдел контрразведки (ОКР) НКВД «Смерш», который обеспечивал безопасность войск, военизированных подразделений и учреждений НКВД).
Органы контрразведки «Смерш» были образованы в апреле 1943 г., за три месяца до начала Курской битвы. «Смерть шпионам!» («Смерш») так лаконично и в то же время емко определил основную задачу этой специальной службы Сталин. Органы контрразведки «Смерш» не только надежно защищали части и соединения Красной Армии от вражеских агентов и диверсантов, но и добывали ценную разведывательную информацию, которая использовалась советским командованием при организации обороны и контрнаступления; вели радиоигры с противником.
Под Белгородом и Курском гитлеровское руководство рассчитывало взять реванш за унизительное поражение под Сталин-градом и вернуть себе утраченную стратегическую инициативу. План летнего наступления на Восточном фронте под кодовым названием «Цитадель» готовили в генеральном штабе вермахта в обстановке строжайшей тайны. В этой схватке не на жизнь, а на смерть на чашу весов были брошены все стратегические резервы рейха и последние достижения его науки. На сверхсекретных заводах создавалось германское «чудо-оружие» — танки «тигр» и «пантера», самоходные артиллерийские установки «Фердинанд». Этот «бронированный зверинец», по замыслу гитлеровских генералов, должен был в клочья разорвать оборону советских войск. Важная роль в обеспечении успеха операции «Цитадель» отводилась немецким спецслужбам и в первую очередь Абверу и «Цеппелину».
Но, столкнувшись с ожесточенной обороной, а затем с молниеносным контрнаступлением Красной Армии, войска вермахта потерпели сокрушительное поражение – фашист-ская «Цитадель» пала. На огненной Курской дуге окончательно сгорели надежды гитлеров-ского руководства переломить ход войны в свою пользу. Вчистую проиграли тайную схватку с советскими спецслужбами и германские разведывательные и контрразведывательные органы. В мемуарах прославленных полководцев, маршалов Советского Союза Г.К.Жукова и А.М. Василевского, даны исчерпывающие оценки военным аспектам битвы на Курской дуге, вкладу в эту выдающуюся победу отечественных органов государственной безопасности.
В своих знаменитых «Воспоминаниях и размышлениях» Георгий Константинович Жуков писал: «В начале апреля у нас имелись достаточно полные сведения о положении войск противника в районе Орла, Сум, Белгорода и Харькова…» К середине мая «Ставка провела тщательную агентурную и воздушную разведку, которая достоверно установила, что главные потоки войск и военных грузов противника идут в район Орла, Кром, Брянска, Харькова…»
Но даже Жуков, один из самых информированных военных руководителей страны того времени, не владел в полной мере разведывательными данными, которые поступали в НКВД, НКГБ и военную контрразведку «Смерш». И тем более Георгий Константинович не мог себе до конца представить ту скрытую от постороннего взгляда колоссальную организатор-скую и оперативно-розыскную работу, которую вели советские разведка и контрразведка.
Приведенные в сборнике документальные материалы дают достаточно полное представление о деятельности отечественных спецслужб по получению разведданных о военных приготовлениях противника к летнему наступлению на Восточном фронте. Ранней весной 1943 г. такая информация стала поступать первоначально в 1-е Управление НКГБ СССР и 4-е Управление НКВД СССР, а спустя некоторое время и в органы контрразведки «Смерш». В марте она еще носила отрывочный характер, но уже в апреле советской резидентурой в Лондоне были добыты исключительно важные материалы, а к концу мая гитлеровский план операции «Цитадель» уже не являлся секретом для Государственного Комитета Обороны.
Продолжение следует.
