ЗАПИСКИ РАЗВЕДЧИКА

Советский народ выстоял в кровопролитной схватке с фашизмом. 67 лет назад долгожданное освобождение пришло и на Дрогичинскую землю. Но путь к нему был долгим и тяжелым. В борьбе с аккупантами рождались новые герои. Вот и сейчас я хочу поделиться с читателями райгазеты собранным материалом об одном из участников партизанского движения на Дрогичинщине Владимире Шацмане. Постараюсь описать события такими, какими видел их этот отважный партизанский разведчик.
Владимира Шацмана хорошо знали в зоне действия отрядов Брестского и Пинского соединений. В архиве сохранилась боевая характеристика, выданная Владимиру Иосифовичу командиром партизанской бригады им. Молотова Михаилом Герасимовым. В ней значится: «С октября 1943 года по 25 февраля 1944 года выполнял специальное задание во главе группы разведчиков и одновременно участвовал в обороне Днепровско-Бугского канала».
то собой представляла бое-
вая жизнь партизанских разведчиков? Это была настоящая мужская работа с ежедневным риском для жизни по уничтожению ненавистных оккупантов и добыче важных военных сведений. Вот что пишет об этом в воспоминаниях сам В.Шацман:
“Первое мое знакомство с каналом (Днепровско-Бугским – ред.) произошло осенью 1942 года, когда мы, небольшая группа партизан, должны были ночью переправиться через него в районе между Кобрином и Антополем. В то время хозяевами положения были немцы, поэтому переправа через канал была опасной. Хорошо помню, что мы тогда использовали какую-то бочку. Сначала переправился на противоположный берег один партизан и зацепил за дерево веревку.
По натянутой веревке в бочке мы по одному и переплывали. Последним – Григорий Макарук. На самом деле это был 19-летний Георгий Давидюк – один из первых партизан, изменивший свою фамилию, чтобы обезопасить своих родственников, которые проживали на Антопольщине. В самом конце переправы его постигла неудача – бочка перевернулась, и парень оказался в ледяной воде.
Нам нужно было спешить – мы выполняли важное задание. Вытянув Георгия из воды, бросились бежать в направлении близлежащего хутора. По нашей просьбе хозяйка быстро растопила печь, чтобы Георгий согрелся и высушил одежду.
Вспоминаю этот незначительный эпизод еще и потому, что канал был для нас большой преградой, так как его контролировали фашисты. Мы и тогда слышали близкий разговор немецких патрулей, но, слава Богу, все обошлось, нас не заметили. А Георгий Давидюк в послевоенное время стал знаменитым ученым, доктором философских наук, профессором. В отряде им.Шиша он прошел боевой путь от рядового партизана до командира роты. На его счету было много уничтоженных оккупантов и их пособников.
…Летом 1943 года командование бригады направило меня в распоряжение Власа Кунькова, назначенного командиром создаваемого партизанского отряда имени Немытова. Тогда мне вместе с заместителем командира отряда Иосифом Павлюковцом пришлось немало потрудиться по комплектованию отряда людьми, созданию разведки и добыче оружия.
Однажды вместе с двумя партизанами Василием Царюком и Никитой Шкробой мы отправились в д.Потаповичи с целью создания агентурной сети. Данная деревня располагалась на берегу канала, поэтому мы в нее не пошли, а остановились на одном из ближайших хуторов. Через его хозяина вызвали всех бывших совет-ских активистов. Они и рассказали, что крестьяне Потапович живут в постоянном страхе перед своим старостой Петром Колодичем, сын которого служил в полиции г.Пинска. По указанию старосты населению приходилось сдавать молоко, яйца и другие продукты гитлеровцам.
Узнав, где находится сборный пункт продуктов, мы пошли в деревню. Во дворе одного дома стояла повозка, а на ней – большая бочка с молоком, в сарае – много корзин с яйцами. Я решил, что эти продукты будут очень полезны партизанским раненым и отправил их в лагерь. Люди, присутствовавшие здесь, были рады такому повороту событий, но боялись обвинения немцев. Тогда я в тетрадке, где фиксировалось количество сданных продуктов, сделал запись: «Бочка молока и яйца взяты партизанами для улучшения питания». Кстати, через несколько дней в Потаповичах была создана партизанская застава, а гитлеровский прислужник Колодич сбежал в Пинск.
К концу лета 1943 года партизанская бригада имени Молотова выросла вдвое по количеству состава и отрядов. В то время как раз развернули работу Ивановский и Дрогичинский подпольные райкомы партии и большая сеть антифашистских организаций. Руководить такой большой бригадой было сложно, поэтому по Пинскому соединению она 30 августа была разделена на две части. Из ее состава выделили новую бригаду под названием «Пинская» в которую вошли пять отрядов: им. Орджоники-дзе, им.Чапаева, им.Костюшко, им.Сталина, им.Немытова. Командиром бригады назначили лейтенанта Ивана Шубитидзе, комиссаром – Архипа Протасенко, а начальником штаба – Георгия Дороша. Так я оказался в разведке Пинской бригады.
В деревне Мохро был создан конный разведывательный пост. Руководить разведчиками поручили мне. Нашей базой стал дом вблизи церкви. В состав группы вошли Михаил Кулич, Василий Устимчик, Яков Ермаков и Борис Терлецкий. Главной задачей разведчиков был сбор сведений о перемещении врага.
Поздней осенью под партизанской зоной все чаще начали появляться немецкие самолеты. Но на д.Мохро была сброшена всего одна бомба. Она попала в наш дом, который был разрушен. К счастью, в тот день в доме никого не оказалось. Стало понятно, что цель немцам указала их агентура.
В октябре несколько раз немецкие подразделения пытались прорваться через Днепровско-Бугский канал. Начались бои возле деревень Переруб, Шуравск, Потаповичи и в других местах, а в конце месяца, когда моя группа находилась в Потаповичах, мы обнаружили большое передвижение войск противника на северной стороне канала.
Вскоре, как-то среди ночи, пришла наша связная из д.Яечковичи Ефросинья Поживалко. Она рассказала, что в их деревню прибыли большие силы немцев, которые, видимо, готовят наступление. Я сразу же поскакал с донесением в штаб бригады. Выслушав меня, комбриг Иван Шубитидзе приказал мне мчаться в отряд имени Костюшко и вместе с отрядом отправляться в Потаповичи. К утру мы уже были там. Сразу же с группой командиров подразделений вышли на берег канала для определения позиций. Через пару часов партизаны окопались.
С началом рассвета немцы двинулись в нашем направлении. А от Яечкович до канала местность была открытой, поэтому мы видели их передвижение. Противник надеялся на внезапность, но не ожидал, что его ждут. Мы подпустили фашистов на близкое расстояние и внезапно открыли мощный огонь. Понеся большие потери, враг вынужден был отойти. Подобное происходило на канале в разных местах почти ежедневно.
К концу января 1944 года фронт подошел к партизанской зоне довольно близко. Вскоре наши первые разведгруппы побывали на передовой в районе Рафоловки Ровенской области. Этот населенный пункт находился от нас примерно в 70 километрах. Оттуда нам были доставлены боеприпасы и оружие. А для координации действий к нам прибыли разведчики Красной Армии.
В середине февраля немцы бросили на нашу оборону, проходившую по каналу, новые части, в том числе и мадьяр. Враг беспрерывно бомбил населенные пункты партизанской зоны. Разведывательные самолеты постоянно летали над лесом, высматривая лагеря народных мстителей. По приказу командира бригады партизаны оставляли свои базы и выходили из лесов.
Мне вместе с разведчиками было приказано остаться в лагере и вести пулеметный огонь по бомбардировщикам. Это нужно было для того, чтобы бомбежку сделать менее прицельной. Несмотря на это, многие землянки были полностью разрушены или повреждены.
Вскоре частям противника при поддержке артиллерии и танков удалось вклиниться в нашу оборону со стороны Иваново и Пинска. Продвигались немцы медленно – на каждом шагу их ждали партизанские засады и мины. Но и нам было тяжело. Фашисты значительно превосходили нас в силе, а у нас на исходе были боеприпасы.
В 20-х числах февраля 1944 года командование бригады приняло решение отойти на территорию Ровенской области Украины и сконцентрироваться в селе Кухоцкая Воля. Меня Иван Шубитидзе послал с донесением в бригаду им. Молотова к Михаилу Герасимову.
На рассвете я прибыл в район обороны молотовцев. Здесь шел ожесточенный бой. Зашел в штабную землянку и доложил командиру бригады об обстановке в районе действия Пин-ской бригады и принятом Шубитидзе решении.
В ходе беседы с работниками штаба я узнал, что за последние недели на канале были уничтожены сотни гитлеровцев и их пособников. Но были и тяжелые вести. Погибло много партизан, которых я знал по отряду им. Шиша. Это Савелий Соломко, Иван Лучко, Михаил Горбатов, Иван Смоляков и многие другие.
Попрощавшись с друзьями из бригады Молотова, возвращаюсь к своим. По дороге заехал в лагерь отряда им. Орджоникидзе. Здесь все было разрушено бомбами врага. Бойцов своей бригады догнал уже на украинской территории. Ехал по местам, которые мне были хорошо знакомы. Здесь уже побывали гитлеровцы, поэтому всюду пусто, людей не видно: ушли с партизанами, скрывались в лесах.
А вот и большое украинское село Кухоцкая Воля, которое гостеприимно приняло белорусских партизан. От Воли до Рафаловки, где в это время проходил фронт, было километров 30.
3 марта 1944 года была сформирована группа из 40 человек. Ее отправляли за линию фронта, чтобы получить оружие, боеприпасы и связаться с Белорусским штабом партизанского движения. В эту группу, которой руководил Захар Иваньков, вошел и я.
Особых происшествий в пути не было. Только в одном населенном пункте украинские националисты обстреляли хвост нашей колонны. Но все остались живы. Словом, наша группа благополучно перешла линию фронта. Так я и мои друзья оказались на освобожденной территории».
Как же дальше сложилась судьба партизанского разведчика Владимира Шацмана? Ему был предоставлен краткосрочный отпуск, и он отправился к семье в Ленинград. Дома узнал, что на фронте погибли два его брата, а третий, ушедший добровольцем, был тяжело ранен и лишился ног.
После отпуска Владимира Иосифовича направили на офицерские курсы войск связи в Киев. После их окончания воевал в составе 1-го Украинского фронта командиром роты. Участвовал в освобождении Польши, Праги, в боях за Берлин. Награжден двумя орденами Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «Боевые заслуги».
После войны проживал в Ленинграде. Вел переписку со школьными музеями Дрогичинского и Ивановского районов.
Светлана КИНЧАК, историк-краевед